Читаем без скачивания Ведьма на зелёной фишке - Ирина Громова

На подоконнике нашла какие-то ключи, которые, по её мнению, могли подойти к двери. Но случайно смахнула на пол мой помидор в пластмассовом стаканчике. Стаканчик упал, земля рассыпалась, помидор вывалился. От неожиданности Ирка уронила ключи. Ключи стукнулись об пол и отскочили под сервант. Она засунула руку под сервант, нащупала и зацепила ключи, но попала рукой в Тусечкины запасы конфет.

Крыса рванулась в бой, защищая свои сокровища. И несколько раз здорово цапнула Ирку за руку. На полу около горки конфет остались капельки крови. Их и взял потом на анализ вернувшийся из дома Культуры Кеша.

Ирка рванула ключи, бросила их обратно на подоконник. В темноте нашла веник и замела землю под сервант. Забрала с собой стаканчик из-под помидора и погибший росток, чтобы выкинуть их по дороге. С Настей она поговорит позже. Она слышала дыхание девушки за дверью. Цель была достигнута. Настя была опять напугана. Главное Иркино орудие – психологическое давление и выматывание противника – продолжало работать.

Сейчас Ирка сидела перед нами, разбитая и растерзанная, признавая свою вину в покушении на Терентия и убийстве Сашки. Она признавалась и как бы каялась. Но мы не знали, как далеко она бы могла зайти на самом деле, если её не остановить сейчас..

Терентий Павлович позвонил полковнику Грачёву. Мы ожидали полицию. Валентина пообещала найти сестре самых лучших адвокатов. Я думала о том, что если семья снимет все претензии к Ирине, то убийство Сашки всё же произошло. Поэтому суда не миновать. Но это теперь уже зависело не от меня.

Настя варила кашу Ксюше, и я была рада, что ребёнок удалился из зоны возможного действия Ирки. Я продолжала беспокоиться по поводу того, что Борисова может вскочить, кого-то ударить или чем-то кинуть. Видимо, Вовка и Кеша думали также, потому что они сели около Ирки таким образом, чтобы успеть перехватить любое её движение, едва она шевельнется. Валентина попросила не связывать свою сестру, но девочек от неё отодвинула.

Который раз за последние дни, я мысленно сняла шляпу перед этой мужественной, сильной и доброй женщиной.

Едва я успела подумать, как произошло неуловимое движение. Среди общего шума, мне показалось, что слышу Кешину рацию: «Внимание, объект лезет по внутренней стене дома». Большего я не поняла, но видела, что Кеша напрягся, как будто приготовился к прыжку. По рации сказали еще что-то, мне показалось, там были слова «Перелезает балкон». Мы сидели. «Объект в доме, принимайте» – отчеканила рация.

– А-а-а-а-а!!!! – раздался со второго этажа нечеловеческий вопль. Я определила, что орали, вероятнее всего, из моей спальни.

Я вспомнила, что рядом с балконом, ведущим в мою спальню, стояла приставная лестница. На днях мы вызывали трубочиста, он занимался каминной трубой. Кому прямо среди бела дня понадобилось лезть в мою спальню, если все преступники уже переловлены или сдались, а преступления раскрыты? И, главное, зачем?

– Все остаются на местах, – приказал Кеша и быстро исчез в проёме двери, ведущей на лестницу ко второму этажу. Мы замерли. За Кешей прошмыгула одна только Скарлетта.

– А-а-а-а-а-а!!! – Раздался сверху вопль ещё страшнее первого.

Вопль утих и через несколько секунд мы услышали Кешин низкий голос:

– Капитолина Варфоломеевна. Пожалуйста, поднимитесь к нам. Здесь без вашей помощи не обойтись.

Я рванулась к лестнице.

44

Надо ли говорить, что я взлетела в свою спальню за доли секунды.

Сначала я увидела Кешу. Он плюхнулся в моё французское кресло, и беззвучно хохотал. Одна его рука с пистолетом расслабленно висела, почти доставав пол. Другой он указывал на письменный стол. Рядом с Кешей сидела обалдевшая Скарлетта и в растерянности наблюдала за действом, развернувшемся на добротном, резном, красного дерева, столе.

– Что вы делаете в моём доме, Дора? – как можно строже произнесла я.

Всклокоченная, окрашенная в блондинку, врачиха в короткой юбке в обтяжку на толстенькой фигурке, одной рукой вцепилась в известную уже нам коробку «ЭНЖеЛОН». Коробку я вчера оставила на столе около компьютера, когда просматривала диск с записью передачи профессора Красильникова. На коробке сидела Тусечка и пыталась наброситься на врачихину руку, которой та держалась за добычу.

Другой, свободной рукой, Дора пыталась смахнуть крысу, но Туська успевала реагировать и отпрыгивать, едва рука приближалась к крысиному туловищу.

– Уберите зверюгу, – закричала на меня Дора. – Развели тут крыс. На приличных людей нападают. Я на вас жаловаться буду.

– Что вы делаете в моем доме, Дора? – еще более строго повторила вопрос я. – Как вы сюда попали?

Я уже знала, как сюда попала Дора, и, глядя на её объемные формы, обтянутые юбкой, узкой не по размеру, уже пожалела свою лестницу, которая должна была выдержать это плотненькое тельце, забирающееся в мою спальню через балкон.

Дора на секунду подняла на меня озлобленный взгляд и сообщила:

– Ты хотела украсть сокровище. Это моё богатство, – и опять переключилась на крысу.

Мне показалось, что Туська думает, будто бы с ней балуются, и продолжала игру «поймай мою руку».

– Очнитесь, Дора, это коробка из-под духов. Где вы видите сокровище? – Я повысила голос ещё на половину тона.

– Там, внутри, – глаза Доры подозрительно горели, и я подумала, что тут нужен не Кеша с пистолетом, а врач в белом халате, – спрятан клад. Я слышала, это говорила Валька подохшему Терентию, перед тем, как я её задушила.

Я услышала, что Кеша вскочил с кресла, Скарлетта, видимо, последовала за ним.

Я нащупала в кармане телефон и привычным движением попыталась включить кнопку диктофона:

– Так это Вы все-таки задушили Валентину?

– Ну, да, я, – как будто на автомате говорила Дора, нацеливаясь прибить крысу подвернувшейся под руку книгой. Туська веселилась все больше, высоко подпрыгнула и увернулась. Дора ещё раз прицелилась в Туську лежащим на столе пеналом и продолжила. – Они всю ночь с Терентием орали про этот клад. И про коробку эту. Я поняла, что в коробке богатство. Решила расспросить Вальку, но она порола чушь про какое-то козье молоко. Пришлось её задушить.

Я уже поняла что произошло. Дора видела, как Ирка спихнула с обрыва Терентия, приняла бедную Глашу за Валентину и решила выпытать, где лежит злополучная коробка, потому что решила, будто там есть что-то ценное.

– Так, а руки, зачем отрезала?! – рявкнула я.

Злющая Дора еще раз попыталась бахнуть Туську книгой. Туська прыгнула вверх, книга пролетела мимо.

– Я отрезала, потому что она вцепилась в меня когтями, поцарапала. И под ногтями могла остаться моя кожа. До первой экспертизы.

– А зачем отрезала голову?

– Чтобы не видно было на шее следов от моих пальцев.

Я вспомнила, что Дора имела, пусть и формальное, но отношение к медицине. Но продолжала спрашивать, сделав за спиной Кеше знак, чтобы он замер, пока я вытаскиваю из Доры признание:

– Голову человеку отрезать не так легко.

– Я и твою сейчас отрежу, если не отдашь коробку, – рычала Дора, но я не поняла, это она сказала мне или Туське. Крыса, кажется, поняла, что с ней не играют, и я боялась, что вцепится Доре в волосы еще до того, как та успеет признаться. – Мне это легко. Я пять лет работала в морге и помогала делать вскрытия.

Дора сказал все, что было нужно, пора было спасать Туську. Крыса явно заняла боевую позу.

– Так, хватит!

Я подошла, быстро одной рукой схватила Туську, а правой коробку «ЭНЖеЛОН», и тут же двинула коробкой Дору по лбу:

– Остынь. Пришла в гости – веди себя как следует.

Дора бросилась на меня:

– Отдай, это моя коробка!

– Это коробка Валентины!

– Вальки больше нет. Она умерла. Мертвецам не нужны клады!

– Заключенным – тем более! – оборвала убийцу я.

Кеша, к счастью, больше не стал ждать и направил на Дору пистолет:

– Поднимите руки, Дора, вы арестованы, – жестко приказал он врачихе. И быстро застегнул на запястьях откуда-то взявшиеся наручники.

– Тики-тики-тики, – пожаловалась Туська, которая быстро залезла на плечо и спряталась в кофте. Я перевела дух.

– Так, значит, полковник Грачёв нас обманул, – предположила я. – Не стали менты вести полноценное расследование. Они попросту выбили из уголовников признание в том, чего те не делали. Не убивали беглые Глашу. Глашу убила потерявшая рассудок Дора. Замела, как она думала, следы. И сидела она в Кручихе потому, что надеялась найти эту коробку в доме. Но тут приехали мы.

А потом она увидела, что я нашла коробку, вот и решила забраться в мой дом и заполучить это сокровище. Я покрутила в руках кусок крашеного картона. Что с людьми делает страсть к деньгам? Ну, напрочь сносит голову.

Остальное не трудно было понять. После допроса Дору отпустили, но она не поехала в областной центр. Осталась в посёлке и выяснила, где живу. Чтобы при случае забраться в дом и украсть эту злополучную коробку. И вот, забралась. Какой ужас, она могла убить мою крысу.